«За что убили члена нашей семьи, и почему те, кто это сделал, отрицают свою вину и врут, глядя мне в глаза?»

как жители нашего города борются против «животного» беспредела Витебска

В этот день ничто не предвещало беды. 14 июля Анна с мужем, двухлетним сыном и любимцем всей семьи – американской акитой Малышом отправились на природу. Вместе веселились, отдыхали, а вечером, вернувшись домой, в 9 часов вечера пошли гулять на улицу. Когда шли по проспекту Победы, неожиданно собака сорвалась: сняла через голову ошейник и побежала в сторону Ледового дворца.

Сын Ани и пес малыш просто обожали друг друга. Фото из личного архива Анны Савко

Сын Ани и пес Малыш просто обожали друг друга. Фото из личного архива Анны Савко

Я до сих пор не понимаю, почему это произошло,  – признается Аня.  – Малыш – послушная собака, жила в нашей семье с рождения, 3,5 года. Совсем щенком мой муж привез его из Тулы, от известного заводчика, заплатил две тысячи долларов, у нас есть все документы на собаку, ветпарспорт, прививки.

Сначала в нашей семье появился Малыш, спустя полтора года родился сын. Они великолепно ладили и обожали друг друга. Нас собака всегда слушалась, но в тот день, наверное, что-то почувствовала, ведь говорят, что они, в отличие от людей, умеют предчувствовать беду.

Когда Малыш сорвался, я побежала за ним. Мы бежали вдоль проспекта Строителей, повернули в сторону Каунаса и снова вернулись на Московский. Возле дома №35, который граничит с многоэтажкой по Победе, 2, где мы и живем, мне почти удалось его догнать, и я решила подняться в квартиру, чтобы взять лакомство и приманить собаку. Никогда себе этого не прощу

Аня отсутствовала минут 10-15, а когда вернулась, собаки нигде не было. Она стала спрашивать прохожих, может, кто что видел, подошла к инспектору ГАИ, который дежурил на выезде со двора – в этот день было открытие «Славянского базара в Витебске», потому сотрудников Госавтоинспекции было много.

Малышу было всего 3,5 года. Фото из личного архива Анны Савко

Малышу было всего 3,5 года. Фото из личного архива Анны Савко

Видя мои слезы и отчаяние, инспектор сжалился и рассказал, что когда была замечена бегающая вдоль проспекта собака, вызвали службу отлова, которые пытались словить ее сачком, затем выстрелили, загрузили в машину и увезли,  – рассказывает Анна. – И что Малыша мне следует искать в витебском приюте для бездомных животных.

В 10 часов вечера ехать в приют было поздно, ведь он работает лишь до 20, потому Анна решила дождаться утра. Как только приют начал свою работу, женщина  позвонила туда, узнала, что там есть похожая собака, купила в магазине мешок корма в благодарность сотрудникам учреждения и поехала. Но оказалось, что это собака не ее. Вместе с волонтерами Аня стала звонить в службу отлова, поехала туда, но там отрицали, что видели собаку и сказали, что стрелять им и вовсе запрещено.

Собака была с семьей везде. Фото из личного архива Анны Савко

Собака была с семьей везде. Фото из личного архива Анны Савко

У семьи появилась надежда, что собака жива. Они расклеивали объявления о пропаже Малыша по подъездам, бросали в почтовые ящики, писали во всех соцсетях, ходили по близлежащим дворам и опрашивали прохожих, обращались в «Гарант», вдруг произошедшее попала в поле зрения камер у подъездов…

Откликнулось немало неравнодушных людей. Если кто звонил, что видел похожую собаку в той или иной части города – семья выезжала на место. Но все надежды были напрасны.

Малыш был полноправным членом семьи. Фото из личного архива Анны Савко

Малыш был полноправным членом семьи. Фото из личного архива Анны Савко

И тут нашлись очевидцы трагедии. Кто-то с балкона, кто-то из окна квартиры, а кто-то находился неподалеку, когда это произошло. Они и рассказали о последних минутах жизни Малыша.

По их словам, приехала группа отлова, свидетели даже смогли назвать марку и номер автомобиля, ловец выстрелил в собаку, шел с ней рядом, пока она не упала, после чего подъехала машина, люди в перчатках загрузили в нее пса и увезли. Рассказывали Ане об этом в подробностях, как взрослые люди, так и дети, которые гуляли неподалеку.

Все, что осталось у семьи Савко, это фотографии с любимой собакой. Фото из личного архива Анны Савко

Все, что осталось у семьи Савко, это фотографии с любимой собакой. Фото из личного архива Анны Савко

Стали связываться со мной и те, кто также пострадал от действий сотрудников службы отлова, – говорит Анна. – Делились похожими историями. Вышли на связь и люди, которые не понаслышке знают, как работает эта служба, признались, что мог использоваться запрещенный яд дицилин, который медленно и мучительно убивает животное. Я не буду пока называть фамилии, потому как наша семья уже наняла адвоката, и мы готовимся к суду, где люди выступят в качестве свидетелей. Я хочу знать, за что убили члена нашей семьи, и почему те, кто это сделал, отрицают свою вину и врут, глядя мне в глаза?

Анна с мужем уже написали заявление в Первомайское РОВД, а также в  прокуратуру, которая перенаправила его в городское ЖКХ. С обеих инстанций пришли идентичные ответы, что работников бригады отлова опросили, но они все отрицают. Семья написала жалобу в горисполком и теперь ждет ответа, чтобы с ним на руках пойти на личный прием к губернатору.

gB7p5pgTjXk

Такой ответ получила Анна

Я собираюсь дойти до конца, если понадобится, напишу в президентскую комиссию. Я считаю, это не должно остаться безнаказанным,  – со слезами на глазах комментирует Анна. – Все говорят, что мне просто не повезло, что так совпало: было открытие «Славянки», должен был ехать Президент, а тут собака бегает. Обычно службы отлова едут к месту обитания бродячих собак месяцами, а тут всего 15 минут. Но ведь видно, что собака породистая, таких в городе единицы. Мы бы заплатили любые деньги, если бы нам ее вернули. Вы поймите, это не просто пес, это член семьи.

После гибели Малыша ребенок замкнулся, я обращалась за помощью к врачу, муж две недели не разговаривал, спал в  отдельной комнате и плакал по ночам. Мы до сих пор слышим в квартире поскуливание нашего пса, кажется, что он где-то рядом. За что нашей семье все это? За что погиб молодой, здоровый кобель? Если вы спокойно убили беззащитную собаку, следующий шаг – убийство человека.

Анна останавливаться на середине пути не собирается, она уже создала Вконтакте группу пострадавших от действий службы отлова, ищет их и через нашу газету, а также просит откликнуться тех, кто, возможно, был свидетелем произошедшего.

Поэтому, если с 9 до 10 вечера 14 июля этого года, вы находились или проживаете в домах 35, 39-1, 43-2 по Московскому проспекту и видели, что случилось, свяжитесь с Анной через нашу редакцию, напишите по адресу  feedback@vkurier.by

Только близкие люди знают, каково было семье Савко пережить утрату. Фото из личного архива Анны Савко

Только близкие люди знают, каково было семье Савко пережить утрату. Фото из личного архива Анны Савко

Среди тех, кто уже вышел на связь с Анной, жительница Витебска Татьяна, которая два года назад стала свидетелем работы службы отлова. Она согласилась встретиться с корреспондентом «Витебского курьера» и рассказать свою историю:

Это было два года назад, в конце мая. Вечером мы с мужем вышли прогуляться по району. Живем мы на улице Чапаева. Увидели, как по дорожке бежит овчарка с ошейником, за ней идет мужчина с ружьем и два сотрудника милиции. Собака подбежала к нам, потерлась о мою ногу, дала себя погладить. В это время мужчина подошел и спросил:  «Это ваша собака?»

Я сначала даже растерялась, но ответила отрицательно, и тогда он выстрелил в нее дротиком у меня на глазах. Овчарка заскулила и бросилась бежать.

Не могу даже передать словами, что я испытала в тот момент. Но тут подъехала машина, обычный такой автомобиль, без каких либо опознавательных знаков, там сидели люди в штатском, и мужчина указал им направление, куда убежала собака.

Я пришла в себя и стала спрашивать его, кто он такой, если из службы отлова, то пусть предъявит удостоверение.

На что он мне заявил: «А ты что, из зеленых что ли, не вмешивайся не в свое дело».

Началась словесная перебранка, сотрудники в милицейской форме молча наблюдали за ней со стороны и улыбались. В этот момент вернулась машина, я так поняла, что собаку они не нашли и решили и дальше стрелять собак: неподалеку бегала сучка, у которой была течка, и вокруг нее толпились кобели. Знаю, что многие из них хозяйские, у нас рядом частный сектор и довольно часто собаки находятся на самовыгуле, но та овчарка с ошейником была не местная, я ее видела в первый раз, она просто бежала мимо.

Я закрыла собой собак и попросила еще раз предъявить удостоверение, напомнила, что об отлове собак, а не, кстати, об отстреле, нужно предупреждать заранее, что здесь спальный район, что еще светло,  что на улице дети. Высказав мне все, что обо мне думают, они уехали.

Я побежала домой и написала в витебскую волонтерскую группу помощи бездомным животным, вскоре в комментариях отписались, что видят похожего пса на траве возле домов по улице Лазо.

Волонтеры выехали туда, нашли умирающую собаку, приехал ветврач, достал дротик из тела животного, оказал первую помощь.  Овчарку отправили на передержку, но, несмотря на все предпринятые усилия, пес в мучениях ночью умер.

Несчастная собака умирала в муках несколько часов. Фото предоставлено Татьяной

Несчастная собака умирала в муках несколько часов. Фото предоставлено Татьяной

Вскоре со мной связалась девушка-юрист и предложила  свою помощь, чтобы грамотно составить заявление в прокуратуру. Заявление написали, указали свидетелей, волонтеров, которые пытались спасти собаку, ветврача и что есть дротик с остатками вещества, который можно отдать на экспертизу. Прокуратура спустила бумагу участковому, тот установил, что угрозы моей жизни, несмотря на то, что стреляли в непосредственной близости, не было. Сотрудники отлова утверждали, что собака была бешеной, что из ее пасти шла слюна. Но мы то с мужем видели, что она была абсолютно адекватной, я ее даже гладила. И если она была бешеной, как они говорят, почему они не забрали тело? Участковый даже свидетелей не потрудился опросить.

Мы написали жалобу начальнику РОВД, дело вернули на доработку тому же участковому.

Вот выдержки из моего повторного обращения:

В соответствии с пунктом 5.4. Положения о порядке деятельности организаций по отлову, отстрелу, содержанию и эвтаназии безнадзорных животных в Республике Беларусь, утверждённого постановлением Министерства ЖКХ Республики Беларусь № 23 от 29.12.2001 работник ГП «Спецавтобаза»  обязан был доставить безнадзорное животное (в данном случае – собаку) на специально оборудованный пункт приема и предварительного содержания в день отлова.

В Постановлении указано, что собака, в которую был произведён выстрел, вела себя агрессивно, «из рта исходила пена белого окраса».  В таком случае работник ГП «Спецавтобаза» обязан был доставить собаку в ветеринарную службу, как подозрительную на заболевание бешенством (пункт 5.6. того же Положения).  Однако не сделал этого и оставил собаку, якобы подозрительную на заболевание бешенством, лежать на улице, создавая опасность заражения  для находящихся рядом людей и животных.

Экспертиза трупа собаки, выполненная по инициативе граждан, обнаруживших собаку после выстрела, установила, что собака не была заражена бешенством, о чём имеется соответствующая справка.

В моём присутствии собака вела себя спокойно, признаков агрессии не проявляла, пена изо рта не исходила. Собака в момент выстрела была в ошейнике. Ошейник присутствует и на видеозаписи, которую выполняли граждане, нашедшие собаку после выстрела. И на посмертном фото собака также в ошейнике. На видеозаписи также зафиксирован момент удаления  ветеринарным врачом дротика из тела ещё живой собаки. О существовании данной записи и её содержании я сообщала в своём заявлении.

После первого заявления Татьяны сотрудники спецавтобазы и вовсе отрицали, что выезжали в район Чапаева в тот день

После первого заявления Татьяны сотрудники спецавтобазы и вовсе отрицали, что выезжали в район Чапаева в тот день

И вновь участковый не усмотрел в действиях сотрудников отлова ничего противозаконного, мол, они выехали на сигнал местных жителей, что бегает свора собак. А то, что об этом не было записей в журнале, что отстрел производился с нарушением всех правил – никого не волновало.

Ходили мы и на личный прием к прокурору, писали еще заявления.  Это продолжалось полгода, но, к сожалению, ничего толком мы не добились. Знаю только, что на спецавтобазу неоднократно приезжали с проверками, что выдали предписание…

Надеюсь, что хотя бы у Ани хватит терпения и сил добиться того, чтобы виновные были наказаны.

Мы будем следить за развитием ситуации. 

1 комментарий

  1. Можно только представить,что пережила и переживает семья потеряв своего четвероногого друга.Терпения вам и сил,что бы довести это дело до конца.Не останавливайтесь и идите до конца.Виновные должны быть наказаны.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *