Александр Лагода: «Как же я могу пустить под снос дома на улице Суворова?»

Во второй части интервью заслуженный ветеран трёх войн расскажет о хитростях и достатке американцев, «партизанской мафии» в Беларуси и безбедном ГУЛАГе (архивные фотографии) 

Лагода, победа, война, Витебск

День Победы. 2016 год. Александр Лагода с сыном. Фото Георгия Корженевского

Александр Иванович Лагода родился на Дальнем Востоке, в деревне Восточная Калиновка, которая находится в 30 километрах от Хабаровска на левом берегу реки Амур. В 1943 году он был призван в ряды Вооружённых Сил, и служил в Военно-морском флоте на Дальнем Востоке до 1950 года. Таким образом, он прошёл три войны: Великую Отечественную войну, Советско-японскую войну и Корейскую войну. После демобилизации Александр Лагода не порывал связи с флотом и проходил курсы в ленинградском Высшем военно-морском училище имени М.В. Фрунзе. Столь же последовательной являлась его и общественная деятельность. На эскадренном миноносце «Ревностный», где Александр Лагода служил, он был секретарём комсомольской организации, а после войны работал на партийных и хозяйственных должностях.

В Витебске Александр Лагода живёт с 1971 года. Через 15 лет он вышел на пенсию, а в этом, 2016 году, отметил 90-летний юбилей, с которым его поздравляли многочисленные родственники. В первой части интервью речь шла преимущественно о военно-морской службе ветерана. Во второй части мы также затронем военную тему, однако главным образом Александр Иванович Лагода будет говорить о социальных проблемах и отношении к истории. Далеко не все высказанные взгляды будут многими восприняты, как сейчас выражаются, «политкорректными», однако они исходят из богатейшего жизненного опыта ветерана, которым он делится, как всегда, открыто и честно.

Лагода, Ленинград, флот, Корженевский

Александр Лагода (слева) в Высшем военно-морском училище имени М.В. Фрунзе. 1959 год. Фото из архива А.И. Лагоды

Трудности флотского быта и американский комфорт

Быт наш на корабле и американцев, конечно же, отличался. У них была столовая, стиральные машины, и даже машина стояла, которая делает мороженое. У нас же даже стола не было. Питание также не отличалось разнообразием. Мы не видели той же картошки, а если она когда и появлялась, то лишь сушёная. Овощехранилища не было, только всё консервированное.

Ревностный, флот, капитан, Лагода, Корженевский

Капитан покидает «Ревностный», получив новое назначение. Фото из архива А.И. Лагоды

Хитрая американская подлодка…

После войны с Японией у нас была интересная история с американской подводной лодкой. Выходим мы из Владивостока и отошли километров на двести. И вдруг акустик докладывает командиру корабля: «Слышу шум винтов подводной лодки». А когда корабль выходит в море, его капитану штаб даёт оперативную обстановку, где находятся наши подводные лодки, в каком они положении. Если у него на карте лодка должна находиться в надводном положении, а он обнаружил находящуюся в подводном положении, значит её нужно бомбить. И вот командир увидел, что этой подводной лодки нет в данных штаба. Он остановил корабль, передал информацию в штаб флота, там подтвердили, что нашей подлодки быть не должно. Командир дал приказ отбомбить, но подальше, так, чтобы не повредить её, а держать до прихода специального подразделения «морских охотников» на катерах.

Прошли почти сутки, лодка не всплывает и винтами не работает, лежит. А мы знаем, что наша подводная лодка уже бы всплыла, потому что воздух у неё был бы на пределе, и считали, что американская вот-вот всплывёт. Она же иногда включает двигатели, немного продвигается вперёд, мы её опять обстреливаем, и она двигатели вновь выключает. В итоге прибывшие «морские охотники» установили, что подводная лодка всё равно от нас ушла, погрузившись ещё глубже. Нашим потом стало ясно, что у неё на трое суток был запас кислорода, а у советских – только на сутки. Они уже обогнали нас в этом отношении.

Ревностный, Лагода, флот, Корженевский

Александр Лагода (справа) на «Ревностном». Фото из архива А.И. Лагоды

Эти коварные белорусские партизаны

Первый секретарь горкома партии Валентин Михельсон пригласил меня сюда работать начальником управления жилищного хозяйства города Витебска. Было это в 1971 году. Вот тут у меня с партизанами и выходили постоянные конфликты. Такие они «вояки» оказались… после войны… Все должности в обкоме, горкоме, облисполкоме, равно как и директора предприятий – только партизаны, на этом они и настаивали. Я создал организацию по сбору пищевых отходов, нашёл человека, который будет её возглавлять, отправил его в Россию, он прошёл практику, однако, когда дело дошло до утверждения, мне сказали, что нет, только наш партизан должен быть… Говорили это секретари райкомов партии, дескать, их номенклатура, только их человек на этой должности будет поставлен.

Как известно, начальник управления жилищного хозяйства держит в своих руках весь жилищный фонд: ремонт, переселение… Наши партизаны после освобождения заняли сразу те дома, которые сохранились, и по сравнению с уже новым жильём там не хватало всех коммунальных удобств. Надо бы перевести их в новый дом. А как? Старые дома, которые стоят по улице Суворова – под снос. Как же я их могу пустить под снос?.. Есть постановление Совета Министров что от улицы Суворова до берега Двины – историческая часть. Внутри там можно переделывать, но фасады сохранять. Или требовали ремонтировать их квартиры… Но ведь Министерство проверяет каждый год, кому и что ремонтируется…

Витебск, Корженевский

Витебск, улица Суворова. Источник: соцсети

Вот такие партизанские действия… Я в Велижском райкоме проработал семь лет, и только одна женщина явилась и сказала, что была партизанской. А в Сураже практически каждый дом – партизанский. Придумали, что нужно всего лишь два свидетельских показания, и в результате столько партизан наделали… Лежу в больнице этой зимой, рядом сосед, которому 75 лет, и он «участник войны». Спрашиваю, кем он был? Оказывается, партизаном…

Или недавно видел женщину 76-летнего возраста, которая тоже «партизанка». Спрашиваю, а как ты могла ею быть? Она и отвечает: «А я связная». Я и говорю: «Как же много вас связных набралось!..» Нашли такую лазейку…

«Партизанская мафия». К фальсификации истории?

Говорят, что Минай Шмырёв охранял «коридор» между Суражем и Усвятами, где были разрывы между нашей армией и немецкой. Но там болота, которые не были нужны ни немцам, ни советской армии. Я двадцать лет там грибы собирал, и не видел никаких следов войны. В одном месте только есть участок, где прорыты траншеи длинной около 200 метров, скорее всего в них наши войска держали оборону.

Только 9 сентября 1942 года был создан в Москве общий партизанский штаб. А что до этого делал Шмырёв? У него около 40 человек было в отряде: 15 военнослужащих, остальные – местные. А что в исторических картах нарисовано? Шесть партизанских бригад якобы размещались в местах, где болота!.. Как они там могли размещаться? Я нашёл два окопа, где стояла наша батарея, даже землянок не было. А что такое перезимовать партизану в лесу?.. Да ещё и если с семьёй… Надо ведь питаться, нужна баня, продовольствие без конца нужно подвозить, связь держать. Какие там шесть бригад?! Вот потому я не терплю их вранья, тем более, что все партизанами стали. Партизанского возраста уже нет, им всем должно быть по 90 лет. Я – это уже редкое явление, дожил до такого возраста. А они откуда?..

Лагода, Витебск, победа

Александр Иванович Лагода с благодарными согражданами. Витебск, 9 мая 2016 года. Фото Георгия Корженевского

ГУЛАГ: ложь Солженицына?

Вот, Александр Солженицын писал о ГУЛАГе то, что якобы там только «параша» и голод. Эти ГУЛАГовцы занимались очень физически тяжёлой работой, строили, например, ветку «Комсомольская». Если человека не кормить, сможет он работать?.. У них была пила «Дружба-2», и они всё физически таскали на себе. Это нужна очень большая физическая сила. Никакой особой техники не было. И в это же время они проводили Байкало-Амурскую магистраль. Ветку ведь надо вести через тайгу. А Дальний Восток – это сопка – болото, сопка – опять болото, такой там рельеф местности.

хутор, сопки, Корженевский

Дальний Восток. Хутор под сопкой. Источник: nik-fish.com

Вот и возник вопрос: а где же набрать рабочую силу? Поеду ли я, если у меня семья? Мне ведь нужно, чтобы там и школа была, и прочая инфраструктура. Какой выход был у Иосифа Сталина? Только такой, набирали «врагов народа». И Лидию Русланову тоже обвинили и определили туда, ни за что, конечно, и других артистов, чтобы ГУЛАГовцам там весело было, концерты им давали. В ГУЛАГе и свои бани были, и свои столовые, подсобные хозяйства вели, кормили их до отвала. Окружающее население, и мы, живя в деревне, валенки у них, шубы покупали, и рукавицы, которые у них оставались сверх нормы, они в неё не укладывались.

Но работать их, конечно, заставляли… Сначала резали лес, очень крепкую лиственницу. Потом разделывали её на шпалы. Там было разделение труда: кто-то рубит лес, кто-то шпалы готовит, а другие – на подсобном хозяйстве или в столовой, гражданских туда не брали. Описывают, что ГУЛАГовцы жили в голоде только те, кто вообще ничего не знает. Они голодом не жили.

Постсоветская бесхозяйственность и борьба с бобрами

Я хочу пожелать нашим гражданам более разумного ведения хозяйства. Сельское хозяйство у нас убыточное. Зачем на 5 гектар колхозного поля пригоняют по 5 комбайнов? Уже к 11 часам утра уборка заканчивается, и потом эти же 5 комбайнов гонят, как такси, на другое поле. А расход горючего ведь ложится на себестоимость центнера. Пожелаю, чтобы в Беларуси каждый механизатор был привязан к конечному продукту труда. Он должен знать, что если не даст плановой урожайности, то не получит 100-процентной оплаты нормы труда. А сейчас, если вспахал, то никто не смотрит, как это сделано. Ему зачислили только за вспашку, но не за её качество. И он не заинтересован в конечном результате, где такое чудо есть?.. И в Советском Союзе такого не было. Нужно навести порядок в сельском хозяйстве. Не используется материальный стимул в отношении механизаторов, а они сейчас – главная сила. И эта сила оказывается не у дел.

Главное – добиться рентабельности, а её нет. Не существует ни одного фермера за границей, который бы убыточно для себя вёл хозяйство.

Лагода, Велиж, Корженевский

Александр Иванович Лагода с супругой и сыновьями. Фото из архива А.И. Лагоды

Ещё что хочу сказать о сельском хозяйстве… Мы, представители, старшего поколения, сломили хребет фашизму, японскому микадо, а сейчас белорусы не могут справиться с бобрами. Мелиорация дала урожайность, но бобры отвоевали все поля назад, и картина такова: сколько мелиорация отвоёвывает, столько бобры и возвращают себе. Вот это позорное пятно. Хочу пожелать, чтобы справились с бобрами и баланс у бобров был нулевой.

Лагода, флот, Ревностный, Велиж, Корженевский

Александр Лагода с правнуком на своём новом «Ревностном». Фото из архива А.И. Лагоды


  • Хемуль

    Опять это фапанье на мелиорацию…
    Природе она ущерба нанесла на пару порядков больше чем чернобыль. А земли осушенные — это ж ужас, суглинок да серозём, где для минимально приемлемой урожайности надо химию сыпать эшелонами.

    Так что хорошо что с бобрами не борятся и земли постепенно забрасывают, очень хорошо!

  • Доминика

    Да… и ГУЛАГ, оказывается, был нужен…. Тоска по Сталину?

    • Хемуль

      ну с гулагом положен в главном он прав ))))) И про фантазии солженицина, и про мотивацию к принятию решения…

  • Леонид

    Дед явно заговариватся о Гулаге , явный сталинец . Рассказ этого человека о строительстве Беломорканала слышал в школьные годы . Бровко Александр Матвеевич
    Родился в 1899 г., д. Загорье Новогрудского с/с Минской губ.; белорус; образование н/начальное; крестьянин, единоличное хоз-во. Проживал: Витебская обл., Толочинский р-н, д. Соколино.
    Арестован 14 мая 1931 г.
    Приговорен: «тройка» 28 мая 1931 г., обв.: 70, 76 УК БССР — а/с деятельность.
    Приговор: 10 лет ИТЛ Реабилитирован 18 июля 1989 г. Он выжил , так как был очень крепкого телосложения , да еще из крестьян , привык и к тяжелому труду , и ко всякой пище .Хороший плотник , дома в деревне строил , поэтому через какое то время попал в мастера . Дополнительный паек и меньше физических нагрузок . Вернулся после смерти Сталина . Никаких столовых , подсобных хозяйств . Пища некачественная , часто с гнилью и червями . «Белые воротнички » не могли такое есть и отдавали Бровко . А сами через несколько недель умирали . Привозили новые партии .Ручной труд , пески-плывуны , поэтому откосы укрепляли фашинами , пески часто прорывались и засыпали людей в канале . Кто успел выскочить , живым оставался . Болезни , мошкара . И про пилу Дружба-2 дед не уточнил , что это обыкновенная двуручка . Знал и других людей , прошедших через сталинские лагеря . Но их рассказы были один ужаснее другого . .