Закон об обращении с животными. Два взгляда — гражданина, который платит налоги, и обывателя, нежно любящего своих собаку и кота

давайте вместе делать так, чтобы наши дети и внуки жили в более безопасном и гуманном мире

В предыдущей статье мы с вами сравнили ситуацию в законодательстве Западной Европы и Беларуси в области защиты животных. Диагноз оказался крайне неутешительный: к цивилизованному миру Беларусь, с точки зрения зоозащиты, отнести пока нельзя.

Но всё течёт, всё меняется. И, может быть, наши законодатели готовятся сделать решительный шаг в сторону гуманности и справедливого мироустройства? Давайте посмотрим пристальней. Ведь очередной проект Закона об обращении с животными уже вынесен для обсуждения. Я даже готова оставить за скобками, что это произошло в последний раз в первой половине 2016 года. Сегодня на дворе уже 2018. И это далеко не первая попытка за более, чем пятнадцать лет. Но простим их за эту неспешность. Возможно, она окупается качественной подготовкой текста Закона и учётом мирового опыта. Времени его изучить хватало.

Предлагаю посмотреть на проект Закона с двух точек зрения: как гражданина, оплачивающего своими налогами существование государственной машины, и как обывателя, нежно любящего своих собаку и кота. Ведь мы с вами, уважаемые читатели, едины в этих двух ипостасях.

Итак, что видит гражданин?

  • Основная организация, на которую возложено создание проекта Закона и его исполнение – Министерство жилищно-коммунального хозяйства. Да, да, то самое, которое занимается утилизацией отходов и явно не является профильным в области зоозащиты. Тем не менее, вся деятельность, связанная с животными-компаньонами, завязана на этом министерстве. Поскольку исполнение Закона предполагается им самим, то какой резон заранее обрекать себя на серьёзные ограничения в работе ради какой-то там гуманности? То есть противоречие между интересами ведомства и правозащитников заложено уже на этапе выбора разработчика проекта Закона. В итоге мы не имеем ни списка потенциально опасных пород собак, ни раздела «Отлов животных», ни каких-либо гарантий соблюдения, например, порядка захоронения трупов и праха животных, а также содержания мест захоронения.

Второе по значимости учреждение, обязанное заниматься проблемами уже сельскохозяйственных животных, – Министерство сельского хозяйства и продовольствия Республики Беларусь. Всё логично, но при этом почему-то там есть и статья 13 (пункты 1.4 и 1.5), согласно которой именно Минсельхозпрод определяет:

  • порядок осуществления чипирования, создания, ведения и использования базы данных чипированных животных;
  • перечень собак потенциально опасных пород;
  • порядок организации и проведения курсов по разведению, содержанию и уходу за собаками;
  • утверждает Типовые положения о пунктах временного содержания животных и о приютах для животных.

Таким образом получается, что вопросы, касающиеся содержания собак, возложены на два ведомства. Что вряд ли является рациональным. Напомню, что оба эти ведомства являются непрофильными. И обязанности, касающиеся зоозащиты, совершенно точно должны быть для них неудобной нагрузкой к основной деятельности.

  • Если мы вчитаемся в текст проекта, то увидим, что по отношению к государственным учреждениям и ведомствам используются преимущественно слова «определяет», «осуществляет», «утверждает», «контроль», «проверка» и «наказание». В статьях же, касающихся волонтёров и владельцев животных преобладают «обязаны» и «запрещается». Это ярко характеризует дух проекта Закона, ориентированного на интересы чиновников и ведомств. Например, в статье 7-ой только пять пунктов касаются прав владельцев животных. Зато обязанности содержатся уже в двадцати пунктах. Впрочем, подобное соотношение характерно для всего законодательства Республики Беларусь. Поэтому я не удивляюсь данному факту – я тихо возмущаюсь. Потому что громко возмущаться нам запрещают уже иные законы, вполне себе действующие.
  • В проекте Закона нет даже упоминания о необходимости государственной программы по регулированию размножения животных. А ведь без такого регулирования остальные проблемы (содержание приютов, отлов, эвтаназия и так далее) становятся перманентными и бесконечными во времени и пространстве.
  • Исключительно важный аспект – контроль гражданского общества за исполнением ведомствами будущего Закона. Вот тут всё становится совершенно печальным и безнадёжным для этого самого общества, но крайне выгодным и удобным для ведомств. Просто прочитайте выдержки из 6-ой статьи:

4. Волонтёрам запрещается:

4.1 осуществлять контроль за деятельностью пунктов содержания, приютов, организаций, осуществляющих отлов животных;

4.2 вмешиваться в деятельность пунктов содержания, приютов, организаций, осуществляющих отлов животных…

5. Пункты содержания, приюты, организации, осуществляющие отлов животных, имеют право на:

5.2 выбор волонтёров, формы оказания волонтёрской помощи;

5.3 отказ от волонтёрской помощи, в том числе в случае нарушения волонтёром условий её оказания, предусмотренных законодательством, локальными нормативными правовыми актами пунктов содержания, приютов, организаций, осуществляющих отлов животных, а также договором об оказании волонтёрской помощи.

Только вдумайтесь! Действия и права волонтёров ограничиваются не только основным Законом, но и теми инструкциями и другими документами, которые выпускаются теми, кого нужно контролировать! Впрочем, согласно проекту Закона, контролировать всё равно нельзя. Вот такая двойная круговая оборона от гражданского контроля. Ведь любого человека, пытающегося критиковать работу приюта или ловцов собак, можно просто выгнать. После этого проблема не исчезает, но становится невидимой для посторонних. И наступают тишь  да благодать. А что ещё нужно для спокойствия?

  • И, наконец, пункт пятый, неизбежный. Статья 10-ая определяет, что «Президент Республики Беларусь определяет государственную политику в области обращения с животными и осуществляет иные полномочия в соответствии с Конституцией Республики Беларусь, настоящим Законом и иными законодательными актами».

То есть можно принять замечательный Закон, выверить всё до запятой в интересах гуманизма и здравого смысла. Но в любой момент может появиться очередной Указ Президента и ввести любые иные правила игры. Как это происходит, например, в области градостроительства, когда Указы, корректирующие Генеральные планы развития, сыпятся, как из рога изобилия. Причём их содержание часто засекречено и нарушает элементарные санитарно-гигиенические и градостроительные нормы. И совершенно игнорируется даже достаточно формальное общественное обсуждение, которое проводилось перед принятием Генерального плана. Теперь нам предлагают аналогичную систему принятия решений и в области защиты животных.

  • Придётся добавить и этот пункт, потому что в предыдущем я нечаянно упомянула область защиты животных. Простите, я забыла, в какой стране живу. Конечно же, не защиты, о чём это я? О защите у нас упоминать не комильфо, речь позволительно вести только об обращении с животными. А мы с вами уже убедились, что принять Закон об обращении с отходами в нашей стране гораздо легче и приятней, чем даже Закон об обращении с животными. Так что без иллюзий, господа! Будьте реалистами.

Таков проект Закона с точки зрения гражданина. Может быть, обывателю повезёт больше? И его проблемы родное государство принимает близко к сердцу и готово сделать всё для того, чтобы как можно легче было заботиться о наших питомцах? И чтобы становилось всё больше людей, готовых забрать к себе домой тех, кого через несколько дней просто убьют?

Я просто перечислю предлагаемые нововведения, а вы, уважаемые читатели, судите сами.

  • Вы не сможете завести собаку потенциально опасной породы, если живёте в квартире многоквартирного и блокированного жилого дома. При этом проект Закона не содержит списка таких пород, поэтому вероятность произвола и коррупции чиновников весьма высока.

Вот цитата из статьи на портале «Эгида» (благотворительный портал защиты и прав животных):

«Понятие термина «потенциально опасные собаки» не поддаётся пониманию. Ведь согласно классификации пород по состоянию на 2013-ый год, МКФ признаёт 339 пород собак, которые классифицируются в 10 групп. Просто непонятно, каким образом государство собирается проводить генетические исследования, и за чей счёт, для определения некоего гена агрессии у собак. Кроме того, следует отметить, что подобные лабораторные исследования по изучению крови человека проводят многие страны, и она считается неизученной. А проводить и расходовать бюджетные средства на проведение генетических исследований с кровью животных только для выявления гена агрессии вовсе становится непонятным и неразумным».

  • Проезд с собаками потенциально опасных пород разрешается в транспорте общего пользования в сопровождении не менее двух физических лиц. А это значит, что если Ваша собака заболела или получила травму, то Вы не сможете доставить её к ветеринару, пока не уговорите кого-нибудь поехать вместе с Вами. Если за время поисков второго сопровождающего собака умрёт, то это только Ваши проблемы.
  • Право собственности на животных может быть прекращено по решению суда… в случаях содержания в домашних условиях животных сверх допустимого количества, установленного статьёй 29 настоящего Закона. Если человеческим языком, то, если у Вас уже есть кошка и собака или две собаки и Вы подобрали на улице погибающего котёнка, чтобы со временем найти ему новых хозяев, у Вас легко могут забрать всех животных и передать их в приют. То есть позаботятся. Особенно опасна эта статья для тех, кто берёт собак и кошек на передержку. Поэтому оставить животное погибать на улице будет гораздо спокойнее, чем рисковать теми питомцами, которые уже живут у Вас.
  • «Приплод собак и кошек подлежит отчуждению в соответствии с требованиями настоящего Закона и гражданского законодательства до достижения (скорее всего, опечатка – наверное, имелось в виду «по достижении») ими четырёхмесячного возраста в случае, если общее количество содержащихся в домашних условиях таких животных превышает допустимое количество, установленное настоящей статьёй.» На пальцах: если Вашим щенкам четыре месяца и один день, то их могут изъять, даже если стоимость каждого составляет тысячу долларов. Но ведь и беспородные ничуть не хуже и имеют право на жизнь. Хотя нет… кажется, не имеют…
  • Ага, вот тут благодать: чипирование осуществляется на добровольной основе (кроме потенциально опасных пород). Хочешь, вводи чип, не хочешь – не вводи. Вот только хорошо ли это самим животным, если их могут в любой момент выкинуть на улицу и никто не узнает, чьих рук это дело?
  • «Трупы и прах собак и кошек подлежат уничтожению или захоронению в местах захоронения трупов и праха животных.» Вот только где мы видели эти самые места захоронений? Вот и возникают стихийные нелегальные кладбища с малюсенькими могилками около настоящих кладбищ. Это делают те люди, которые не могут приравнять своего друга, часто единственного, к мешку мусора и отнести на свалку в полиэтиленовом пакете. В качестве утешения мы можем прочитать 40-ую статью. Это всё, что нам остаётся.
  • Не допускается оставление собак на привязи в общественных местах. Вроде бы правильно? Но теперь Вы не сможете забежать в магазин, привязав собаку около входа. Ведь мест для «парковки» собак у нас нет. Я лично видела такое лишь однажды в Серебрянке около супермаркета. И очень удивилась. О том, чтобы зайти в кафе с собакой (а это вполне европейская практика) и речи быть не может.
  • Вы обязаны «принимать меры по обеспечению тишины в квартирах многоквартирных и блокированных жилых домов, одноквартирном жилом доме, в котором проживают несколько нанимателей (собственников), а также на придомовых территориях многоквартирных и блокированных жилых домов с 23.00 до 7.00 часов». Но если Вы даже хорошо воспитываете Вашу собаку, а она всё же залаяла на кого-то, бродящего около Вашей двери в полночь, то обвинение в нарушении Закона появится легко и непринуждённо.

На самом деле проблем в проекте Закона о содержании животных запрограммировано гораздо больше, чем упомянуто выше. Это и использование животных в индустрии развлечений, и разрешение на проведение лабораторных опытов над животными (то, что запрещается запрещать при этом животным кричать от боли, я достижением не считаю). Это и проблемы стерилизации, и использование намордников, и отсутствие нормативов по количеству мест выгула животных. И неравный статус владельцев собак и кошек  с хозяевами свиней, кроликов и т. д. и т. п. В одной статье все сложно упомянуть. Есть, конечно, и некоторые положительные нововведения. Слава Богу, на дворе всё же XXI, а не XII век.

Но ключевым я считаю другое. Любое животное рассматривается исключительно как имущество его хозяина. За скобками остаётся уважение чужой жизни и души. Если бы составители Закона исходили из таких цивилизованных соображений, то слишком многие статьи бы исчезли или изменились. Потому что изменилась бы сама философия Закона. И наше общество заложило бы основы для собственного совершенствования. И хотя бы наши дети и внуки жили в более безопасном и гуманном мире.

Что лично Вы можете сделать? Чем помочь?

1. Подписать электронную петицию здесь и расшарить ее в сетях.

2. Распечатать подписные листы и собрать подписи родных, друзей, коллег, соседей. Потом связаться с Ольгой Майоровой.

3. Распечатать и раздать листовочки с QR-кодом.

4. Ставить лайки под постами и объявлениями и расшаривать их.

5. Следить за анонсами и приходить в места сбора подписей.

6. Помогать связываться с журналистами.

7. Помогать распечатывать подписные листы и листовочки.

Если лично Вы готовы сделать хоть одно действие из перечисленных — Вы уже волонтер инициативы «Мы с тобой в одном Доме».

ПРИСОЕДИНЯЙТЕСЬ К ДОБРОМУ ДЕЛУ!!!

Редакция «Витебского курьера» благодарит Ольгу Майорову  за подготовку и написание такой необходимой и очень актуальной для всех нас статьи.

«За что убили члена нашей семьи, и почему те, кто это сделал, отрицают свою вину и врут, глядя мне в глаза?»

Жители Витебска, потерявшие акиту стоимостью 2000 долларов, против спецавтобазы.

История, полная боли и страдания. 10 главных обстоятельств дела про акиту, убитую два года назад на улице Витебска.

История, покрытая «тайной и мраком». Два года семья из Витебска не может найти виновных в смерти своей собаки.

Семья Савко из Витебска против спецавтобазы: виновные в смерти собаки так и не найдены.

РЕКЛАМА


РЕКЛАМА