Освейская трагедия 1943 года. Очевидцев уже не осталось

это были не каратели, а просто войсковая часть: «Не, былі ня чорныя»

75 лет назад, 22 марта 1943 года, была уничтожена белорусская деревня Хатынь.

Трагическая судьба Хатыни постигла не одну белорусскую деревню. Как известно, во время Второй мировой войны на Беларуси было сожжено 628 деревень.

Мало кто знает о самой страшной и трагической странице в истории войны на территории Беларуси, произошедшей в Витебской области, Освейской трагедии, когда фашистами были сожжены все деревни Освейского района (ныне север Верхнедвинского и Россонского районов). Часть из деревень была уничтожена вместе с людьми. Эта беда произошла ранней весной, ровно 75 лет назад.

Зверствами фашистов назвал Освейской трагедией Алексей Толстой, выступая в газете «Правда» в 1943 году. Только в одном районе было уничтожено 183 деревни, сожжено и расстреляно 11 383 человека, 14 175 жителей были увезены в Германию.

Всего за войну на Верхнедвинщине уничтожено 426 деревень.

Большинство населенных пунктов так и не возродилось после войны, и сейчас в лесах и на полях Верхнедвинского района можно встретить камень с памятной табличкой, название бывшей деревни, количество сожженных дворов, количество погибших жителей.

Гитлеровцы жгут деревню

Гитлеровцы жгут деревню. Источник polkrf.ru

Про события 75-летней давности можно прочитать в документальной повести Сергея Панизника «Освейская трагедия. 1943». В свое время автору удалось записать свидетельства выживших, вернувшихся на пепелища земляков — из 21 тысячи таких осталось 6 тысяч. Сегодня расспросить уже некого, очевидцев не осталось.

По рассказам старших знает о тех событиях Антон Бубало — учитель, краевед, журналист, писатель, поэт, переводчик, составитель книги «Память» Верхнедвинского района. Иногда Антон Францевич делился воспоминаниями со своими учениками, в числе которых и журналист «Витебского курьера».

Когда в 1943 году в деревню на самом севере нынешнего Верхнедвинского района пришли каратели, мать вместе со старшими детьми, с маленьким Антоном на руках убежала в лес, спрятала мальчика под корягу, а потом долго искала его, молилась и будто бы увидела сияние над одной из елей, так нашла несмышленыша. Когда вышли из леса, они все равно попали в лапы к гитлеровцам и были сосланы в лагерь Саласпилс, недалеко от Риги.

Рассказывали о тех днях и мои бабушка и отец. В одной из деревень Верхнедвинского района ночевали партизаны. Гитлеровцы окружили деревню и всех партизан перебили. Жителей согнали в пуню, собирались жечь. Были там и бабуля, и её пятеро детей. Моему отцу было всего 8 лет. Спасло то, что староста умел говорить по-немецки и начал уговаривать фашистов, что, мол, партизаны пришлые, нет ни одного из нашей деревни. Кроме того, скорее всего, это были не каратели, а просто войсковая часть.

Не, былі ня чорныя, — вспоминала бабушка.

Мою бабушку, немного понимавшую по-немецки, гитлеровцы повели в поле, там лежал убитый партизан. Бабушка сумела сказать, что не знает убитого, но все равно получила удар прикладом винтовки в спину, между лопаток. Тогда еще молодая, 35-летняя женщина, она без памяти пролежала до темноты, потом с трудом вернулась домой. К счастью, всех уже отпустили.

О том, как партизаны на Витебщине в годы войны детей спасли, историю полоцкого детского дома, читайте здесь.

РЕКЛАМА


РЕКЛАМА