Революция в Витебске пахла семечками

Сто лет отделяют нас от событий, которые коренным образом изменили геополитический расклад в мире.

Время от февраля к октябрю 1917 года – особый период в истории Российской империи. Карнавалы, массовые народные гулянья, костюмированные балы… И тут же люди с громадными револьверами на красных шнурах. Красочные театральные и кинопрограммы и пулеметы, установленные на балконах театров.

Напомним, главным развлечением для жителей Витебска с наступлением теплого времени года стала улица.

Фото russiainphoto.ru

Одним из признаков перемен, произошедших в городе, стали семечки подсолнуха. Улицы и площади Витебска обильно покрывали целые «ковры» шелухи. Дворники, негласно причисленные большевиками к низкому полицейскому чину, на работу выходить боялись по причине стопроцентной вероятности получить штыком в грудь или, скажем, пулю в лоб.

Вот отрывок из дневника журналиста, меньшевика Григория Аронсона «Корниловские дни 1917 года в Витебске», оригинал которого храниться в Государственном архиве Витебской области:

Город жил пестрой, напряженной, политической жизнью. Клубы, собрания, митинги, демонстрации, газеты, листовки, афиши. И всюду — солдаты, солдаты.

На бульварах — знаменитые «подсолнухи», которые принято обвинять в разложении России. И кругом кучки людей, беседующих о земле, о мире, о богатых и бедных.

Страница из дневника Григория Аронсона «Корниловские дни 1917 года в Витебске». Фото Светланы Васильевой

Страницы дневника можно увидеть на выставке в Государственном архиве Витебской области. Фото Светланы Васильевой

Иван Бунин, который бывал в Витебске задолго до революционных событий, писал о событиях 1917 года в автобиографическом дневнике «Окаянные дни»:

Толпа шаталась из покоя в покой, из комнаты в комнату, ни на минуту не переставая грызть и жевать подсолнухи.

Фото russiainphoto.ru

Наглядно ситуацию иллюстрируют небезызвестный персонаж повести Михаила Булгакова «Собачье сердце» —  Полиграф Полиграфович Шариков. Для него сама суть и смысл «настоящей жизни» заключалась в том, чтобы грязно домогаться женщин, безбожно напиваться, сплевывать шелуху от семечек на пол и, конечно же, напоследок, все «взять да и поделить».

РЕКЛАМА


РЕКЛАМА