Почему власти Беларуси не хотят увековечивать память жертв сталинизма

народные мемориалы в Хайсах под Витебском и на Кобыляцкой горе возле Орши

В Беларуси народные мемориалы жертвам сталинских репрессий создают их потомки при полном отсутствии помощи государства. Почему власти Беларуси не хотят увековечивать память жертв сталинизма выясняла DW.

Тема сталинских репрессий в Беларуси чаще звучит в связи со скандалами вокруг урочища Куропаты под Минском, которое с 1993 года официально является мемориалом жертвам политических репрессий периода сталинизма. Белорусская прокуратура признала, что этот лесной массив являлся местом захоронений растрелянных органами НКВД в 1937-1940 годах. Тем не менее периодически делаются попытки уменьшить территорию мемориала и застроить ее. Лишь решительные протесты активистов оппозиции не дают этим планам осуществиться.

На этом фоне менее заметны события, происходящие в других городах страны. А между тем в восточной части Беларуси гражданские активисты создают народные мемориалы — зачастую вопреки желанию властей, за свои деньги изготавливают кресты и самостоятельно устанавливают их в местах расстрелов. Очередной народный мемориал возводится в городе Орша Витебской области. По мнению исследователей, по количеству расстрелянных в 30-е годы Орша идет вслед за Минском и Витебском.

О местах массового расстрела безвинных граждан под Витебском читайте здесь.

Проблема «в головах белорусских чиновников»

Инициатор витебского народного мемориала «Хайсы» Ян Державцев считает, что самое острое противостояние с местными властями сложилось на Витебщине. Ровно год назад в Хайсах работали не только 52-й поисковый батальон белорусской армии, но и специалисты Института истории АН Беларуси, которые однозначно признали, что в могилах находятся жертвы сталинских репрессий. Тем не менее до сих пор никакого официального решения по мемориализации этого места власти не приняли.

хайсы репрессии

Этот крест, установленный инициативной группой осенью, виден даже с трассы. Фото Владимир Борков

За это время Ян Державцев подвергся административному штрафу за самовольное перезахоронение останков, установку 34 крестов и полутора десятков мемориальных табличек. Но даже на суде, говорит он, присутствовали старожилы местных деревень, давшие показания о расстрелах НКВД. Несмотря на это, продолжает Державцев, в данный момент власти не оставляют попыток перезахоронить останки репрессированных под видом жертв нацистов.

Хайсы

Фото Владимира Боркова

Представитель Белорусского Хельсинского комитета (БХК) в Витебской области Павел Левинов видит причины происходящего в «системной проблеме в головах белорусских чиновников», воспитанных на советской истории.

Они считают, поясняет правозащитник, что советская власть была идеальной, не способной ни на какие преступления против собственного народа. Поэтому попытки увековечить память погибших от рук НКВД и пресекаются. На этом фоне, считает Левинов, альтернативы созданию народных мемориалов нет. Опыт Витебска перенимает теперь и Орша.

Подробнее о месте расстрелов в лесу под Хайсами можно почитать здесь.

Потомки расстрелянных сами увековечивают память жертв НКВД

Уроженец Орши, ныне житель столицы Игорь Станкевич отмечает, что местная инициатива «Кобыляки. Расстрелянные в Орше» принципиально отличается от витебских «Хайсов» тем, что объединила не активистов демократических организаций, а прямых потомков репрессированных. У самого Станкевича в урочище Кобыляцкая гора были расстреляны прадед и прабабушка, поэтому он установил не только обезличенный крест, а еще и таблички с их именами. Еще один его коллега сделал даже каменный памятник с именами шести своих земляков, расстрелянных НКВД в этом лесу.

Про Кобыляцкую гору можно прочитать здесь.

Памятный валун на Кобыляцкой горе

Памятный валун на Кобыляцкой горе. Фото Ольга Витебская

Кобыляцкая гора.

Фото Ольга Витебская

Осенью прошлого года, вспоминает Станкевич, на конференции, посвященной теме смертной казни, он случайно упомянул о месте сталинских расстрелов в Орше, и оказалось, что эта тема не оставляет равнодушными многих. Было решено объединиться в рамках инициативы, география которой оказалась впечатляющей: потомки репрессированных живут в Подмосковье, Швеции, Италии.

И все хотят иметь место, куда можно прийти почтить память предков, — говорит Игорь Станкевич.

Углубившись в тему, активисты выяснили, что по количеству расстрелянных в 1930-е годы Орша занимает третье место в Беларуси после Минска и Витебска. Эту информацию подтвердил  историк-архивист Дмитрий Дрозд на основании исследованных им документов, к которым он имел доступ. При этом, отмечает Дрозд, эта тема актуальна для столицы и восточной Беларуси, так как Гродно и Брест в то время находились в составе Польши, и репрессии их жителей не коснулись.

Вопросы со статусом мемориала жертвам репрессий

Кобыляцкая гора — это лесной массив на окраине Орши. Ее история уникальна тем, рассказывает общественный активист Игорь Казмерчак, что о расстрелах здесь стало известно еще в 1982 году — за несколько лет до открытия правды о Куропатах. К бетонному заводу решили провести железную дорогу, и экскаватор вместе с песком случайно выкопал человеческие останки. Была создана комиссия из представителей прокуратуры, военкомата и других госорганов, а также судмедэкспертов, которая дала заключение, что в обнаруженных массовых захоронениях находятся останки жертв массовых репрессий НКВД.

Орша, Кобыляцкая гора, репрессии

Железнодорожное полотно у Кобыляцкой горы.. Фото Ольга Витебская

Еще до развала СССР, продолжает Казмерчак, об этом факте писала местная газета «Ленинский призыв». Она же освещала и установку памятного камня с мемориальной доской в память жертв массовых расстрелов. На открытии присутствовал и тогдашний зампредседателя райисполкома. Однако вскоре вандалы украли металлическую доску, а власти ухаживать за камнем отказались.

камень гвозди табличка орша

От памятной таблички остались только гвозди. Фото Ольга Витебская

Игорь Станкевич отмечает, что сегодня с официальным статусом мемориала есть вопросы. Наличие памятного камня и газетные публикации, поясняет он, свидетельствуют о том, что власти когда-то официально приняли решение о создании мемориала, однако самого документа ни у кого нет. Поэтому активисты опасаются, что деятельность участников общественной инициативы может трактоваться как самоуправство. Месяц назад на своем собрании они приняли решение обратиться в райисполком с просьбой разъяснить статус памятника. Кроме копии документа, заключает Станкевич, от властей ничего не требуется:

Нам не нужны ни деньги, ни помощь, мы все сделаем сами.

РЕКЛАМА


РЕКЛАМА