Belarus Security Blog: в Витебске есть «русский мир», но со своей спецификой

с одной стороны, сильный пласт национальной интеллигенции, с другой, очень сильные позиции у православной церкви, крупнейшего здесь собственника недвижимости

Белорусско-российское приграничье приходит в упадок, но со своими особенностями, на центр притяжения депрессивных регионов по обе стороны границы претендует Смоленск, рассказывает thinktanks.by 

Конференция, организованная аналитическим проектом Belarus Security Blog, 29 марта рассматривала региональные вопросы безопасности. В том числе анализировалось и состояние белорусско-российского приграничья.

Депопуляция

Координатор Belarus Security Blog Андрей Поротников заметил, что, на первый взгляд, ситуация с человеческими ресурсами в Беларуси выглядит получше, чем в соседних с нашей страной российских районах. 

С 1991 года в трех белорусских областях — Витебской, Могилевской и Гомельской и в трех российских — Псковской, Смоленской и Брянской население уменьшилось на 16,3%. С белорусской стороны — на 14,4%, с российской — на 18,5%, печальный лидером же стала Псковская область — за 25 лет она потеряла 23% населения. Территории Смоленской области стремительно вымирают, при этом если вся Смоленская область в среднем потеряла за 25 лет 17,2% населения, то «фасадные» (непосредственно примыкающие к границе) административные районы — 40%, — сообщил Андрей Поротников.

Образовательная катастрофа

По мнению эксперта, регион из трех белорусских областей испытывает не только проблемы экономического и демографического, но и культурно-образовательного или гуманитарного характера. 

Только три университета в приграничных областях Беларуси отнесены к категории «приемлемый уровень образования» — это Белорусско-российский университет в Могилеве, Гомельский университет имени Ф.Скорины и Гомельский технический университет имени П.Сухого, — сказал Андрей Поротников.

Центры силы

Если сравнивать по потенциалу влияния, то цифры, казалось бы, говорят в пользу Беларуси — импорт Смоленской области на 64% состоит из белорусской продукции, с населением дела получше у белорусских соседей, вероятно, белорусские города и должны претендовать на роль центра притяжения в трансграничных потоках между двумя странами. Но тут не все так однозначно, — подчеркнул Андрей Поротников. — Во-первых, в ряде районов на границе с Псковской областью по сути притягать некому — невысокая плотность населения плюс страшная депопуляция, там буквально все зарастает лесом, а сам Псков традиционно больше тянется к Санкт-Петербургу. Гомельская область — вполне самодостаточна, а с российской стороны там не так уж много населенных пунктов у границы, сам Брянск достаточно далеко. Но если мы посмотрим в плане конструирования какого-то трансграничного будущего, то увидим, что на роль межрегионального центра претендует Смоленск.

По словам Андрея Поротникова, на Смоленщине:

Очень активно действуют организации, которые работают с белорусско-российским приграничьем, они очень разнообразны, часть из них базируется в смоленских университетах, там сложилось свое достаточно амбициозное академическое сообщество с хорошим по российским меркам научным потенциалом.

Эксперт отмечает наличие нескольких проектов развития трансграничного сотрудничества между Россией и Беларусью, инициированных в Смоленске:

Причем это типичные НГОшные проекты, за ними не просматривается власть, есть молодые амбициозные люди, продвигающие их, а российская власть не отказывается направить в это деньги — до 200 тысяч долларов в год составляет поддержка таких проектов из президентского фонда РФ. Думаю, это результат того, что худо-бедно, но в России 20 лет развивался федерализм, появились свои региональные элиты, которые готовы в том числе работать и с приграничными территориями нашей страны.

Эксперт отмечает:

На белорусской стороне ничего подобного нет — и проблема не только в активности или пассивности, но и в том, что любая такая активность у нас не нашла бы не то, чтобы поддержки, но понимания у чиновников. У нас так сложилось, что не город определяет развитие территории, а деревня, — считает Андрей Поротников. — Например, Полоцк. Этот город приходит в упадок после слияния органов управления с районными, во главе этой объединенной территориальной единицы встали люди, которые просто не понимают, что такое город. Проблема в том, что белорусская система управления не создает условий для генерирования какого-то интеллектуального продукта, который был бы конкурентным хотя бы на уровне этих регионов, а в России все это работает, это совсем другая культура принятия управленческих решений. И в этом я вижу очень большую проблему для Беларуси: это не позволяет нашим регионам, которые формально имеют потенциал — и человеческий, и промышленный — стать центрами притяжения для окрестных территорий соседней страны.

Полоса без «русского мира»

По словам Андрея Поротникова: 

В приграничной полосе практически нет пророссийских организаций, есть активисты-одиночки, в значительной мере представленные, как их обычно называют, «городскими сумасшедшими», то есть серьезных структур «русского мира» там нету вообще. Исключение, пожалуй, составляет только Витебск, но там своя специфика — с одной стороны, сильный пласт национальной интеллигенции, с другой, очень сильные позиции у православной церкви, крупнейшего в этом городе собственника недвижимости, — сказал эксперт.

Новая проблема

По мнению Андрея Поротникова, в будущем в приграничных белорусских регионах возникнет проблема перемещения после введения приграничного контроля с российской стороны. 

Пока все это находится в очень легкой форме, непреодолимых препятствий для белорусов не создает, но, между тем, российская сторона очень активно создает пограничную инфраструктуру — всерьез и надолго. Проблема может выстрелить из-за того, что в ряде белорусских районов до 30% трудоспособного населения выезжает на работу в Россию ежедневно. Зарплата в районе 300 рублей на белорусской стороне, на российской — 200-250 долларов, есть смысл ездить, — сказал эксперт.

Своя жизнь, свои элиты

Во время изучения приграничной жизни заметил важный момент — в районах формируются свои квазиэлиты, скажем так, это спайка местных чиновников, правоохранителей и бизнеса, которые очень быстро приватизируют все, что приносит хоть какие-то деньги. Например, сбор металлолома, скупка молока, открытие придорожных залов игровых автоматов, ведь в России они запрещены. Интересно наблюдать как в районе с населением в 15.000 идет своя общественно-политическая жизнь, пусть ее могут воспринять в столице общественно-политической жизнью на бактериальном уровне, но призову внимательнее присмотреться на белорусские регионы — там гораздо более интересные процессы, чем в Минске, Минск сейчас — скучный и сонный, — заключил Андрей Поротников.

О том, что в Смоленск жители Витебска ездят с туристическими и «закупочными» целями, можно прочитать здесь.

РЕКЛАМА


РЕКЛАМА