Бывший социальный педагог из Витебска: «Нам самим не нужны СОПы, это лишняя морока и бумажная работа для всех»

почему уходят с этой должности?

2 октября отмечается Международный день социального педагога. О своем трехлетнем опыте работы на этой должности рассказала 27-летняя витебчанка Елена (имя по просьбе героини изменено).

В школу я пришла сразу после окончания университета, еще не успела во всем разобраться, как на меня взвалили кучу работы и документации, – вспомнила Елена. – Одних только соповцев (семьи, в которых ребенок находится в социально-опасном положении) было больше 50. Причем в мои обязанности входило следить за ситуацией в семьях не только учеников  нашей школы, но и в тех, где дети еще  маленькие, но проживают по адресу, который относится к нашему учреждению образования.

Иллюстрационное фото

Женщина рассказала, что социального педагога могут даже направить в семью, где двухлетний ребенок, например, упал с качелей, ударился, а родители обратились за медицинской помощью, чтобы убедиться, что все в порядке. Поликлиника просигнализировала об этом происшествии в инспекцию по делам несовершеннолетних, в школу, и все закрутилось. Вдруг малыша ударили преднамеренно?

Признать, что ребенок находится в социально-опасном положении не так уж и просто. Предварительно специалистами проводится социальное расследование, анализируются условия проживания, запрашиваются документы в поликлинике, в ЖЭУ, в других инстанциях, составляется социальный портрет семьи.

Лишь потом на совете профилактики, куда приглашаются все заинтересованные лица, принимается решение: ставить семью в СОП или нет. Для этого разработаны специальные критерии: алкоголизм одного или обоих родителей, привлечение их к административной или уголовной ответственности, жесткое обращение с ребенком и другие. Если хотя бы три критерия в конкретной семье есть, то она на полгода попадает в СОП.

Иллюстрационное фото

Как ни странно, но, по словам Елены, есть семьи, где только радуются СОПу, потому что у ребенка на это время будет бесплатное питание в школе или в саду, подарки на праздники, а взрослым помогут найти работу.

Но ведь с другой стороны это означает, что как минимум раз в неделю такой семье стоит ждать гостей. В школе разрабатывается индивидуальный план помощи несовершеннолетнему, специалисты еженедельно посещают ребенка, заполняют контрольный акт, а в конце месяца анализируют проведенную работу и посылают отчет в районный отдел образования.

Если за полгода ситуация в семье кардинально не меняется, ребенка могут забрать сначала на время, в потом и навсегда.

Но, что самое страшное, «клеймо» остается на малыше вплоть до его совершеннолетия. Даже если с семьи сняли СОП, все равно ведется ее психолого-педагогическое сопровождение: сначала раз в квартал, а потом раз в полгода составляется отчет.

В моей практике причинами СОПов чаще всего было привлечение родителей к уголовной или административной ответственности или алкоголизм.

К сожалению, не все семьи понимают, что СОП для них – это шанс исправиться. Есть те, кто проходят кодировку, устраиваются на работу и меняют свою жизнь, но есть и такие, кто не понимает всей серьезности происходящего.

Это крайняя мера. Учителя и социальные педагоги стараются не допустить такой ситуации: поверьте, нам самим не нужны СОПы, это лишняя морока и бумажная работа. Если бы мы все семьи сразу отправляли на совет профилактики, то соповцев у нас было бы на 40%  больше.

Иллюстрационное фото

Елена часто задумывалась, почему так происходит, что некоторым родителям наплевать на своих детей. Женщина пришла к выводу, что виной тому то, что в нынешних реалиях главная забота взрослых – заработать деньги и прокормить семью. Свободного времени мало, отдыхать люди разучились, отсюда постоянная неудовлетворенность жизнью, конфликты и попытка расслабиться с помощью алкоголя.

Я никогда не ходила по квартирам соповцев или семей, в отношении которых поступил тревожный сигнал из любой службы, одна. Со мной мог быть классный руководитель или даже участковый милиционер, ведь никогда не знаешь, с чем столкнешься.

Была у нас одна семья. Мужчина работал вахтовым методом в России. Когда его не было в стране, у мамы и ребенка все было отлично, а как только он возвращался и начинал пить – это у него называлось отдыхом от работы, к ним в квартиру даже страшно было зайти. Причем, этот мужчина не был ни отцом ребенка, ни даже мужем матери, а просто сожителем, в квартире которого они проживали. Мы помогли женщине найти работу с общежитием, она съехала от домашнего тирана, и у них с ребенком все наладилось.

Насколько сложно работать социальным педагогом? Елена поделилась своим мнением:

Человеком можно оставаться в любой ситуации. Но лично для меня очень важно жить в гармонии с собой. Когда я поняла, что, работая социальным педагогом, мне это не удается, то просто ушла из этой сферы.

В Гомеле из-за конфликта в детском саду ребенка грозят поставить на учет СОП.

Наталья Костюченко: «Наказали меня, ребенок тут причем?»: еще один случай изъятия ребенка из семьи.

РЕКЛАМА


РЕКЛАМА